Леха Никонов: «Музыкантам нужен профсоюз, но вначале надо избавиться от тщеславия»

Российский поэт и музыкант, бунтарь и нонконформист Леха Никонов вместе со своей группой «Последние танки в Париже» начал гастрольный тур по Украине в поддержку нового альбома «Ультиматум». Накануне первого концерта в Симферополе Никонов дал интервью для GASLO.INFO

Общался Алексей Арунян, “Левая оппозиция”

Леха Никонов (справа): "Музыканты очень часто оказываются рабами у клубов"

Российский поэт и музыкант, бунтарь и нонконформист Леха Никонов вместе со своей группой «Последние танки в Париже» начал гастрольный тур по Украине в поддержку нового альбома «Ультиматум». Последняя пластинка «ПТВП» отличается жестким звучанием и бескомпромиссным осуждением пороков постсоветского общества: ханжества и обывательщины, тирании и политической инертности масс. Накануне первого концерта в Симферополе Никонов дал интервью для GASLO.INFO. В нем поэт рассказал о своем творчестве и политической позиции, поделился своими мыслями о том, должны ли современные поэты быть ближе к массам.

- В альбоме «Ультиматум» ты говоришь о необходимости радикальных перемен и потребности в борьбе…
- А с чего ты взял, что я об этом говорю?

- Разве не говоришь? А о чем тогда альбом?
- Этот альбом против всего, что нас окружает. Это касается не только властей. Это касается и оппозиции, религии, быта, всего. Слишком упрощенно смотреть на этот альбом как на политический протест.

- Но политический сегмент в нем все равно присутствует?
- Присутствует. В частности, в песне «Жизнь за царя». Все остальные песни конкретного политического содержания не имеют. Они несут протест против мещанства и обывательщины. Есть, конечно, и политический протест, но это не протест «болотной» оппозиции и немцовщины.

- Но мещанство, как и политическая пассивность свойственны широким массам людей, которые не слушают твои песни, и, наверное, даже не догадываются о существовании группы ПТВП. Ты видишь проблемы в том, что твоя критика не доходит до адресата?
- Нет. Наоборот, для меня – это хорошо. Мещане никогда не делали историю. Историю делали отдельные личности, как бы этого не отрицал Карл Маркс. Нашу музыку слушают какие-то определенные бланкистские круги, и меня это устраивает. Рано или поздно они и сделают революцию. И хорошо, что нас слушают именно они, а не широкие массы, как ты их называешь. Широкие массы слушают Софию Ротару, а я не хочу быть на месте Софии Ротару. Когда я начинал играть рок, я не хотел быть похожим на Льва Лещенко. Хотя я Льва Лещенко глубоко уважаю, как певца. Но я не хотел занимать его нишу. Мне гораздо ближе позиция Эдика Старкова – легенды русского рока и моего кумира.

- В 90-е для многих жителей и жительниц постсоветского пространства кумиром был певец Рикки Мартин. Как говорят, недавно он сказал, что устал висеть на постерах, наклеенных на шифанеры, и заявил, что он идейный сторонник Фиделя Кастро и Уго Чавеса. А ты мог бы тоже четко обозначить свою политическую позицию?
- Рикки Мартин всю жизнь устраивал танцульки для буржуазии, и всегда ее обслуживал. Теперь он якобы говорит, что сторонник Кастро и Чавеса. На этом фоне любое политическое заявление будет выглядеть карикатурно. Я, если честно, политикой особо не занимаюсь. Меня больше интересует история, и поэзия, разумеется.

- Но ты мог бы четко охарактеризовать свои взгляды?
- Я больше склоняюсь к анархо-коммунизму. Но я считаю, что современный анархо-коммунизм нуждается в дискуссии и жесткой реформе. Но это мое личное мнение, с которым многие анархисты явно не согласятся.

- Вернемся к вопросу о взаимоотношении поэта и масс. Должна ли богемная интеллигенция пытаться быть ближе к рабочим массам?
- Она никогда не сможет быть ближе к рабочим массам. Рабочие массы ее отвергают как чуждый элемент. Они говорят на разных языках. Как 200 лет назад дворяне говорили на французском, а крестьяне — на русском.

- А ты мог бы выступить, например, перед рабочими на митинге профсоюзов?
- Мог бы. По-моему, мои стихи будут понятны рабочим. Я всегда старался писать демократическим языком. И никогда не находил удачным пребывание поэта в слоновой башне.

Леха Никонов (слева): "Когда я начинал играть рок, я не хотел быть похожим на Льва Лещенко. Хотя я Льва Лещенко глубоко уважаю, как певца"

- Как ты думаешь, музыкантам и поэтам нужен свой профсоюз?
- Я считаю, да. Но в нашей стране музыканты очень разрозненны. Для того, чтобы появились зачатки профсоюза, между нами должна быть какая-то коммуникация. А музыканты сами ее обрубают. Они любят делить друг друга на конфликтующие лагеря: рок, рэп и другие субкультуры. Вот в Америке, например, есть много фестивалей, где нет жанровых границ. Там «Cypress Hill» играет на одной сцене со «Slayer» и рэпперами. А наши рэпперы говорят: «Рок – это фигня». Да нет плохой музыки, есть плохие исполнители. И в роке, и в рэпе, и в реггей, которое я терпеть не могу, и, например, в танго. Музыка этим и уникальна, что можно проявить себя в любом стиле. В этом состоит ее величие, демократичность и ее вторжение в нашу жизнь.

- Предположим, музыканты преодолели субкультурную разрозненность и создали профсоюз. Какие функции он будет выполнять?
- Музыканты очень часто оказываются рабами у клубов. Особенно, это касается тех, кто только начинает творческий путь. Может, мы этих проблем не испытываем, поскольку приобрели какую-никакую известность. А некоторые находятся в катастрофичном положении. Им приходится платить клубам за то, чтобы выйти на сцену. И платить приходится, так как паблисити необходимо любой молодой группе. Но музыканты ничего не могут ответить на этот произвол из-за плохой коммуникации друг с другом. Причем часто, это обусловлено личными амбициями. Вот ехали мы в автобусе на фестиваль «Соседний мир», который, кстати, проходит в Крыму. С нами ехали ребята из групп «7000 $». Вот с ними бы я в профсоюз вошел! Потому что они хорошие пацаны, и даже когда напились, вели себя нормально! А музыканты другой группы, название которой я говорить не буду, вели себя как свиньи. Они плевали на всех и считали себя звездами по отношению к нам и другим ребятам. Но это же дебилизм! Среди музыкантов нужно преодолеть это вульгарное тщеславие, и тогда мы уже подойдем к вопросу о создании профсоюза. А такой профсоюз очень необходим для защиты от произвола владельцев клубов и других форм ущемлений наших прав.

- Как ты оцениваешь литературный процесс в Украине?
- Я знаю, что у вас сейчас в моде поэтический тренд. Но я, к сожалению, не знаком ни с кем из украинских поэтов. Правительства ограничивают коммуникации между нашими странами. И их нужно свергать именно для того, чтобы коммуникация возрастала. Есть конечно Интернет, где можно свободно общаться, но я в нем не активен.

- А украинская политическая реальность, на твой взгляд, отличается от российской?
- Нет. Что то х…ня, что это — х…ня.

Leave A Comment

НАША КНОПКА

ГАСЛО: Головний аналітичний сайт